Протесты против полицейских убийств: Путь вперед

16 июня 2020 г.

За три недели, прошедшие со дня убийства Джорджа Флойда в Миннеаполисе, по всей территории Соединенных Штатов и в странах на всех континентах прокатилась волна массовых демонстраций протеста.

Это массовое движение находится в начальной стадии. Оно еще не приняло отчетливо рабочего и социалистического характера в политическом и программном смысле. Лозунги, которые оно выдвигает, на данном этапе носят в целом демократический характер и сосредоточены на проблеме жестокости полиции.

Политические силы, которые в настоящее время доминируют в этом движении, вышли из более благополучных слоев среднего класса, а также из правящей элиты, имеющей тесные связи с политическим истеблишментом. Они стремятся навязать протестам расистский нарратив и ориентацию и тем самым предотвратить вывод на передний план ключевых классовых проблем, лежащих в основе обширного социального гнева и оппозиции, которые, если бы они появились, представляли бы серьезную угрозу капиталистической системе.

Тем не менее это движение имеет огромное объективное значение. Оно знаменует собой окончание длительного периода политической реакции. В течение последних четырех десятилетий правящий класс вел беспощадную классовую войну. Усилия рабочего класса в Соединенных Штатах и на международном уровне противодействовать этому наступлению были подорваны предательством старых сталинистских, социал-демократических и откровенно прокапиталистических рабочих и профсоюзных бюрократий, а также банкротством их национальных реформистских программ.

Реакционное наступление правящего класса, начавшееся в 1980-е годы, усилилось после распада сталинистских режимов в Советском Союзе и в Восточной Европе в период между 1989 и 1991 годом. Эти события были восприняты правящей элитой как окончательный и необратимый триумф капитализма. Было объявлено, что призрак социалистической альтернативы капитализму окончательно побежден.

Начало войны 1990–1991 годов в Персидском заливе ознаменовало начало трех десятилетий безудержного империалистического неоколониализма и милитаризма. Со времени провозглашения войны с терроризмом в 2001 году не было ни одного дня, в течение которого Соединенные Штаты не находились бы в состоянии войны.

Внутри страны главной особенностью последних трех десятилетий стал рост ошеломляющего уровня социального неравенства. Социальные программы были разорваны в клочья, зарплаты урезаны, а целые отрасли промышленности демонтированы, чтобы подпитывать неумолимый рост фондовых рынков. У трех самых богатых американцев больше размер богатства, чем у нижней половины населения страны. Это тоже часть глобального процесса. Миллиардеры мира обладают большим богатством, чем самые бедные 4,6 миллиарда людей на планете.

Неизбежным побочным продуктом социального неравенства является разрушение демократических форм правления. Массовая концентрация богатства создает социальную напряженность, которая не может быть урегулирована с помощью традиционных демократических механизмов. Насилие, применяемое капиталистическим государством против рабочего класса, особенно в отношении его беднейших и наиболее уязвимых слоев, принимает все более жестокие формы. Убийственная практика полиции — это лишь самое неприкрытое проявление классового насилия. Публичное удушение Джорджа Флойда, несмотря на весь его ужасный характер, стало лишь одним из тысячи убийств, ежегодно совершаемых полицией на улицах Соединенных Штатов.

Длительный период социально-политической реакции означает насильственное и искусственное подавление социальных и экономических противоречий. Степень подавления этих противоречий определяет интенсивность последующих извержений. Демонстрации в Соединенных Штатах и по всему миру являются лишь начальными признаками того гнева, который накапливается в массах людей.

Характер и размах демонстраций отражают не только кипящий народный гнев. Они выражают влияние объективных изменений экономических и технологических основ современного общества. На фоне политической реакции процесс экономической глобализации и появление Интернета и связанных с ним форм коммуникаций имеют далеко идущие революционные последствия.

Эти взаимосвязанные процессы обострили сущностные противоречия между окостеневшей системой национальных государств и реальностью глобальной экономики. Более того, процесс глобализации создал основу для единого международного движения рабочего класса против капитализма. Возможность глобального единства рабочего класса не является утопическим видением. Ее конкретная реализация вытекает из существующих условий мирового капиталистического производства.

Еще в 1988 году Международный Комитет Четвертого Интернационала предвидел это. В программном заявлении Мировой кризис капитализма и задачи Четвертого Интернационала он писал:

«Это старый и элементарный постулат марксизма, что классовая борьба национальна лишь по форме, а по сути своей она интернациональна. Но, имея в виду новые особенности капиталистического развития, даже форма классовой борьбы приобретает интернациональный характер. Даже самые элементарные схватки рабочего класса показывают необходимость согласовывать его действия на международной арене».

Движение против полицейского насилия является многонациональным, многорасовым и многоэтническим. Оно возникает в глобальном масштабе, потому что противоречия, питающие его, в основе своей интернациональны.

Правящий класс в ужасе от этих последствий. Центр стратегических и международных исследований (CSIS), ведущий империалистический аналитический центр, предупредил ранее в этом году: «Мы живем в эпоху глобальных массовых протестов, которые исторически беспрецедентны по частоте, масштабам и размерам… Граждане теряют веру в нынешних лидеров, элиты и институты, и выходят на улицы в отчаянии и часто с отвращением [в отношении них]».

Таков характер протестов против полицейского насилия. Как всегда, представители правящего класса стремятся загнать движение в безопасное русло и повернуть его вспять.

Цель расовых сектантов состоит в том, чтобы отвлечь внимание от полиции как инструмента капиталистического государства и передовую стражу классового господства. Кроме того, их усилия навязать демонстрациям расовый нарратив противоречат явно многорасовому, многонациональному и многоэтническому характеру движения. Одно исследование, проведенное социологом из Университета Мэриленда, показало, что белые составляют 61 процент протестующих в Нью-Йорке, 65 процентов — в Вашингтоне и 53 процента — в Лос-Анджелесе. Кроме того, опросы общественного мнения зафиксировали подавляющую поддержку протестов против полицейского насилия среди американцев всех рас.

Оппозиция полицейскому насилию не может быть изолирована от более широких классовых вопросов. Демонстрации протеста против убийства Джорджа Флойда проходят в разгар пандемии COVID-19, которая обнажила социальную пропасть, отделяющую корпоративную финансовую элиту от рабочего класса. Тот факт, что более 115 тысяч американцев умерли от коронавирусной инфекции в течение последних трех месяцев, не умаляет гнева, вызванного убийством Джорджа Флойда. В настоящее время органы здравоохранения публично заявляют, что к концу лета жертвами этой инфекции станут 200 тысяч человек. Более чем вероятно, что фактическое число погибших будет значительно выше.

Число смертей является прямым следствием неспособности администрации Трампа и ее предшественников подготовиться к пандемии, которую ученые предсказывали в течение последних 20 лет. Отказ выделить соответствующие ресурсы был результатом самых грубых расчетов максимизировать прибыль. Хуже того, как только пандемия началась, главной заботой правящей элиты стало стремление использовать кризисную ситуацию в здравоохранении для организации еще одной многотриллионной операции по спасению корпораций и финансовых интересов Уолл-стрит. Как только в конце марта был принят закон CARES Act, правительство отказалось даже от минимальных усилий по сдерживанию вируса.

Вместо этого политический истеблишмент — как демократы, так и республиканцы, — подхватил требование скорейшего «открытия» экономики.

Полномасштабная экономическая и социальная катастрофа охватывает Соединенные Штаты. Более 20 миллионов человек лишены работы, но нет никаких социальных программ, которые поддержали бы рабочий класс и значительную часть среднего класса в условиях разрушительного последствия массового обнищания. Фактически, призрак обнищания используется элитой для ускорения процесса «возвращения к работе». Администрация Трампа и связанные с ней конгрессмены заявляют, что они против продления ежемесячной надбавки к пособию по безработице в размере 600 долларов, поскольку такие выплаты «не стимулируют» рабочих вернуться к работе в небезопасных условиях на заводах, в магазинах и офисах.

В рабочем классе нарастает гнев. Становится все более очевидным, что борьба с пандемией и ее последствиями должна привести к политической конфронтации с администрацией Трампа, с реакционной корпоративной двухпартийной системой и с капитализмом.

Трамп говорил о необходимости подавить протестное движение до того, как оно выйдет из-под контроля, и пытался инициировать свержение Конституции, опираясь на военных. Он имел в виду вполне реальную перспективу массового извержения активности рабочего класса, включая забастовки, которые парализуют экономику, сделают невозможным дальнейшее функционирование его администрации и поставят вопрос о передаче политической власти рабочему классу.

Партия Социалистического Равенства (Socialist Equality Party) в сотрудничестве со своими политическими единомышленниками в Международном Комитете Четвертого Интернационала направляет свою деятельность на повышение политического сознания рабочего класса, установление его независимости от тех партий и лидеров, которые представляют интересы капитализма. Она стремится привести активность рабочих как класса в соответствие с объективной логикой событий и направить протесты против возмутительного убийства Джорджа Флойда и других подобных случаев полицейского произвола в массовое движение, возглавляемое рабочим классом, за социализм.

Заявление Партии Социалистического Равенства (США)