Дело об убийстве Любке: Как правый заговор в государственном аппарате подавляет расследование

Ульрих Рипперт
20 июля 2019 г.

Прошло более пяти недель с тех пор, как глава административного округа Кассель Вальтер Любке (Христианско-демократический союз — ХДС) был убит неонацистом на террасе своего дома выстрелом в голову с близкого расстояния. С тех пор были предприняты все усилия, чтобы скрыть тесную связь предполагаемого преступника с крайне правой террористической сетью, которая глубоко проникла в секретные службы и государственный аппарат.

Если кто-то предполагал, что жестокое убийство фашистом высокопоставленного политика из партии канцлера Ангелы Меркель вызовет шок в немецкой политике; если кто-то предполагал, что начнется обстоятельное расследование вопроса о том, как могло случиться, что спустя 75 лет после нацистского террора снова политиков будут убивать фашисты; если кто-то предполагал, что средства массовой информации будут интенсивно сообщать об этом и задавать критические вопросы, — если кто-то все это мог предполагать, то очень скоро стало ясно, что дело обстоит совершенно иначе.

После того как канцлер и некоторые политики выразили свои сожаления и соболезнования родственникам убитого, террористический акт стал рассматриваться ими как политический пустяк: «Прискорбно, но не необычно». Между тем этот случай представляет собой фатальное напоминание о политических убийствах, происходивших в Веймарской республике 1920-х и 1930-х годов, когда военизированные организации, имеющие тесные связи с государственным аппаратом, убивали высокопоставленных политиков. Несмотря на это политическая жизнь не обращает на это внимание и движется дальше.

В политических кругах Берлина весьма обеспокоены судьбой крайне правой партии «Альтернатива для Германии» (АдГ). Эта правая экстремистская партия не должна подвергнуться маргинализации или иным образом пострадать из-за убийства Любке. Спустя всего две недели после убийства бывший президент Германии Йоахим Гаук выступил с речью и потребовал, чтобы термин «правые» был «обеззаражен». В своей пасторальной болтовне он потребовал «расширенной терпимости к правым» и подверг критике парламентские партии, потому что они еще не избрали члена АдГ на пост вице-президента Бундестага (парламента).

Аналогичным образом проявляет себя Фридрих Мерц, который 10 лет назад возглавлял парламентскую группу ХДС, затем сделал свою карьеру в BlackRock — крупнейшей в мире компании по управлению активами, а теперь снова стремится занять лидирующие позиции в политике. Он потребовал, чтобы политическое сотрудничество с АДГ никогда не ставилось под вопрос.

Вызывают тревогу причины, лежащие в основе отказа от полного уголовного и политического восстановления картины убийства Любке. Ясно, что правый заговор в государственном аппарате, проникающий в самую глубину политической системы, принял такие размеры, которые уже не подвластны контролю.

Убийство высокопоставленного политика ХДС — не в последнюю очередь является предупреждение о том, что никто не может быть уверенным за безопасность своей жизни. Политики, партии и СМИ подвергаются угрозам и запугиванию, чтобы не допустить появления правды об экстремистской сети правого толка.

Между тем нельзя отрицать, что Штефан Эрнст, главный подозреваемый в убийстве, является участником обширной террористической сети, состоящей в преемственной связи с неонацистским Национал-социалистическим подпольем (НСП), которым в период с 2000 по 2007 годы было убито девять мигрантов и одна женщина-полицейский.

Профессор Хайо Функе, эксперт по правому терроризму и автор книги Sicherheitsrisiko Verfassungsschutz (Секретные службы по угрозам безопасности), написал в своем блоге в прошлые выходные: «Убийство Вальтера Любке, окружного президента Касселя, было совершено преступником, который жил и действовал в месте сосредоточения террористической среды, группирующейся вокруг Combat 18 (C18) — “боевой силы Адольфа Гитлера” — в Касселе.... Эта активистская и контактная сеть в Касселе и его окрестностях дает также информацию о том, кто есть кто в среде сторонников C18 и НСП».

Далее следует подробный отчет о террористической сети правого толка, в которую входил убийца Любке. Функе приводит почти дюжину имен известных неонацистов, в том числе Ральфа Воллебена, который сидел на скамье подсудимых на судебном процессе над мюнхенским НСП и был, в конечном итоге, осужден, а также Торстена Хайса, лидера С18 и «Арийского братства» — «своего рода элиты или вышестоящего организованного товарищества с соответствующей степенью осведомленности».

Среди друзей Штефана Эрнста числился также Бенджамин Г., который в течение многих лет принадлежал к неонацистской и хулиганской активистской среде Касселя и действовал в качестве конфиденциального информатора (КИ) секретной службы под кодовым названием «Gemüse» [овощ]. Его контролер Андреас Темме находился в интернет-кафе Касселя 6 апреля 2006 года, когда НСП убило свою девятую жертву, Халита Йозгата. Позже Темме перешел из гессенского государственного отделения секретной службы в окружной совет Вальтера Любке, где он до сих пор и работает.

Согласно другим сообщениям, убийцы из НСП Уве Мундлос и Уве Бонхардт также часто посещали неонацистскую группировку Касселя.

НСП было тесно связано с разведывательными службами; есть много признаков того, что оно даже контролировалось ими. Например, группа Национальной безопасности Тюрингии была построена конфиденциальным информатором (КИ) Тино Брандтом, который получил 200 тыс. немецких марок за свои услуги, большая часть которых была потрачена на создание правой экстремистской организации. Но Брандт был не единственным КИ; почти треть из 150 членов Национальной безопасности Тюрингии работала на государство.

На судебном процессе над мюнхенским НСП, который длился пять лет, несколько адвокатов жертв пытались пролить свет на роль государственных органов в серии убийств. Однако они сразу столкнулись с гранитной стеной. И генеральный прокурор, который вел обвинение, и суд прекратили все соответствующие следственные действия. Сотрудники спецслужб не получили права или имели очень ограниченное разрешение на дачу показаний; дела были объявлены секретными, и суд был прекращен.

Сейчас Любке, представитель государства, стал жертвой этой правой террористической сети — и сокрытие продолжается.

Тем временем генеральный прокурор взял на себя ведение самого расследования. Как и в процессе над НСП, он пытается скрыть или преуменьшить связи Эрнста с сетью НСП и секретными службами.

Несколько дней назад признание Эрнста, которое он с тех пор отозвал по тактическим соображениям, попало в руки прессы. В результате появилось множество статей, в которых он был представлен как психически больной человек, страдающий депрессией. Эрнст, как гласит история, 10 лет назад порвал с правой экстремистской группой, чтобы вести «нормальную жизнь с семьей и работать». Только убийства, совершенные иммигрантами, «всколыхнули его» и подтолкнули к покушению на Любке.

Документы НСП в спецслужбе земли Гессен могут, вероятно, дать представление о сети правых террористов, неонацистов, конфиденциальных информаторов и агентов секретных служб, жертвами которых стал Любке. Однако правительство земли Гессен во главе с бывшим министром внутренних дел Фолькером Буффье решило сохранить эти документы в секрете до 2044 года.

«Тот факт, что доклад спецслужбы земли Гессен о среде праворадикальных группировок в Гессене должен храниться под замком в течение десятилетий, подтверждает, что информация была намеренно спрятана здесь, — пишет Функе. — Органы безопасности, в частности, спецслужбы, обладают огромными сведениями о насильственных и правых террористических сетях в Германии, не сообщая об этом правоохранительным органам, чаще утаивая ее».

Премьер-министр земли Гессен Буффье происходит из консервативного «крыла Штальхельна» ХДС, в котором глава АдГ Александер Гауланд также делал свою карьеру в течение 40 лет. «Зеленые», которые вместе с ХДС формируют правительство земли Гессен, поддерживают решение о хранении документов НСП в секрете еще 25 лет.

Близкое соприкосновение с правыми экстремистами также распространяется на верхний уровень спецслужб. В 2012 году, когда бывший заместитель президента секретной службы Клаус-Дитер Фриче был вызван в комиссию Бундестага по расследованию деятельности НСП, чтобы предоставить информацию о его роли и ответственности в уничтожении документов НСП, он резко напал на парламентариев, заявив, что государственная безопасность занимает место намного выше, чем право парламента на контроль.

Председатель комитета Себастьян Эдати, который сделал ему правомерный упрек, заплатил за это высокую цену. Через некоторое время на его служебном компьютере в Бундестаге были якобы обнаружены файлы с изображением детской порнографии. Это привело к тому, что политическая и личная жизнь Эдати оказалась разрушенной. Одновременно с этим Фриче дослужился до специального представителя в канцелярии по координации действий спецслужб. После ухода на пенсию по выслуге лет он продолжил консультировать правых экстремистов из Австрийской партии свободы (АПС) в министерстве внутренних дел Вены.

Еще более очевидна тесная связь с правыми бывшего президента спецслужб Ханса-Георга Маассена. Он тесно сотрудничал с АдГ, нападал на политику канцлера Меркель в отношении беженцев и преуменьшал действия правых радикалов в Хемнице прошлым летом. С момента его отстранения от должности главы секретной службы он был активным членом правого крыла ХДС и приверженцем делу развития сотрудничества между христианскими демократами и АдГ.

Даже в Бундесвере и полиции существуют правые террористические сети, которые, по большей части, остаются безнаказанными, хотя они занимаются накоплением оружия и составляют списки потенциальных жертв.

Спустя пять недель после убийства Вальтера Любке вырисовывается тревожная картина.

В секретных службах и значительной части аппарата безопасности преобладают правые экстремисты и неофашисты, которые систематически блокируют расследование и преследование по закону правого терроризма. АдГ является политическое крыло правого терроризма и сама постоянно сдвигается вправо. Она определяет правительственную политику не только в вопросе о беженцах.

В то же время в университетах ведется «переоценка» истории Германии, которая заключается в систематическом преуменьшении преступлений Германии во время Первой и Второй мировых войн. Профессор Йорг Баберовски, который пять лет назад выступал с открытой реабилитацией апологета Гитлера Эрнста Нольте и утверждал, что «Гитлер не был жестоким», все еще находится под защитой университетского руководства и правительства.

В прошлом месяце мы писали, что убийство Любке стало предупреждением: «Перед лицом растущей социальной и международной напряженности правящий класс возвращается к своим авторитарным и милитаристским традициям. Из-под демократических форм, принятых немецкой буржуазии после падения Гитлера, снова ясно виден старый коричневый цвет фашизма». Эта оценка подтверждается день ото дня.